19.04.2018: РУССКИЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ КАК ВСЕМИРНАЯ ЦЕННОСТЬ
   
   
   
   Русский выбор жизни прост: надо любить детей, беречь семью, заботиться о стариках, надо защищать Родину и хранить чистоту своей бессмертной души.
   Все просто. Русская (российская) Держава и весь Русский мир состоялись благодаря именно такому православному миросозерцанию и русскому языку.
   Складывавшийся от эпохи к эпохе русский образ жизни находил отражение в сказках, былинах и литературных памятниках, даже в правовых актах. К XVI веку сложился некий кодекс русского образа жизни, названный Домостроем, заложенные в нем принципы фиксировали важные детали быта народа. Этот быт надломил Император России Петр Великий, расшатали нигилисты XIX века и социальные эксперименты века XX, ныне с русским образом жизни пытается покончить властвующий над Россией неолиберализм, готовый по примеру своих западноевропейских наставников возвести в ранг социальных норм и ценностей даже психопатологические отклонения.
   При внедряемом в школах «половом просвещении» и навязчивой пропаганде контрацепции количество больных с диагнозом сифилиса с 1990 по 2008 г. выросло в 97,5 раза, а численность ВИЧ-инфицированных только с 2000 по 2008 г. выросла с 78,6 тыс. человек до 301,3 тыс. человек, или на 283%.
   Но каковы же черты русского образа жизни, делающие его социально привлекательным даже для народов, век за веком вливавшихся в Россию? Почему русские стали больше, чем остальные славяне, да и германцы, – не этносом и не расой, а суперэтносом, то есть этнокультурной общностью народов? Почему русских до сих пор не понимают и даже боятся их недруги? И чем русский образ жизни может быть важен для всех без исключения участников евразийской межгосударственной интеграции?
   
 

  Семья и характер личности


   Православная одухотворенность. Внут­ренний духовный смысл русского образа жизни – трудолюбиво жить в любви и справедливости, в ладу и добрососедстве, помогая нуждающимся, очищаясь от грехов своих ведомых и неведомых. Очень важно в этой формуле понимание любви как любви мужа к жене и жены к мужу, родителей к детям, детей к родителям и всех их – к отчему дому и Отечеству. Именно неодолимая склонность к любви, потребность в детях, чувства родителей к своему потомству создают семью, подчеркивал французский просветитель Гельвеций. Не случайно Св. Максим Исповедник напоминал, что даже и всякий подвижнический труд, чуждый любви, неугоден Богу.
   А когда живешь в любви, с открытым сердцем, то и смысл жизни – жить по Совести во имя Спасения – формируется естественно и искренне. Потому и шли русские мужики на смертный бой, откуда не все вернутся, а то и никто, шли нетороп­ливо и уверенно, как на тяжелую, но нужную работу. Как на работу, необходимую для жизни вечной.
   Образ жизни на Руси определялся самой атмосферой в домах-семьях, их нравственно-эстетическим обликом, семейными привычками и характерами. Справедливость в отношениях, трудолюбие и незлобивость, открытость и смирение – наиболее уважаемые традиционные качества русского человека. Хотя прав и В.М. Лавров, который на примере Императора Петра Великого не без основания утверждает, что русский человек «по природе своей, по своему характеру склонен к максимализму, к перехлестам и увлечениям». Это, впрочем, не противоречит склонности русов к смиренному долготерпению и незлобивости.
   Особая сакральность была в том, что быт семьи строился вокруг очага – русской печи, – не остывающего, пока существует сам дом и живущие в нем люди. «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного» (Апостол Павел. Первое послание к Тимофею, 2, 5). При многих вариантах, но повсеместно элементом жизненного уклада было благочестие.
   Злонамеренная ложь ныне пишется о пьянстве как о черте русского быта. Не подтверждено пьянство источниками древних эпох. И есть простое логичное объяснение – русская жизнь изначально строилась на Правде, потому Ф.Г. Углов и отмечал, что «трезвость держится на правде, а пьянство – на лжи». Лишь с проникновением на Русь бытового подражания Западу нашим предкам стали прививать культ алкоголя.
   Как и другая беда, стремительно разросшаяся уже в богоборческие годы ХХ века, – повседневное сквернословие, использование матерной лексики, нецензурной брани. Конечно, здесь сыграл свою ключевую роль ГУЛАГ (и в период существования – привилегиями уголовной шпане, и даже после ликвидации – через романтизацию лиц, прошедших через лагеря). Забываются исторические корни сквернословия (мата) – древние ритуалы привлечения энергии темных сил, основанные на сексуальных оргиях, попрании стыда и целомудрия, плотской вседозволенности и воспевании греха, блуда. И уж конечно, давно предано забвению, что к магическим заклинаниям, которые призваны были навести порчу на врага, подвергнуть проклятию его род, обращались только мужчины, только в исключительных случаях и с большой осторожностью. Не случайно в болгарской хронике XIII–XV веков слово «изматерили» прямо означает «прокляли». В традиционной русской семье скверно­словие было и остается грехом.
   Семья для русского человека, писал В.И. Белов, «всегда была средоточием всей его нравственной и хозяйственной деятельности, смыслом существования, опорой не только государственности, но и миропорядка». «Почитай отца и мать; и люби ближнего твоего, как самого себя» (Еванг. от Матфея. 5, 19).
   Уважали большие семьи. Именно они, как свидетельствует древнейшая редакция «Русской правды», заменили собой в общественных отношениях род. Дохристианская свобода нравов уже к XII веку сменилась последовательной моногамией. При этом совершенно не случайно с особым вниманием относились при создании молодой семьи к девственности невесты – в том была забота о достойном продолжении Рода, поскольку еще в Ведах было жестко сформулировано: «Первый мужчина у дщери оставляет Образ Духа и крови своего Рода».
   Бездетность воспринималась как наказание судьбы и как величайшее человеческое несчастье. До 1917 года в России практически не было абортов. Лишь большевики, отрицая на первом этапе революции и государство, и семью, легализовали 18 ноября 1920 года аборты, что привело к демографической катастрофе, которая продолжается до сих пор еще в больших масштабах.
   
  

 Уклад жизни


   Любовь и согласие между родственниками в русской православной семье давали начало любви и за пределами дома. Высоко ценились побратимство и дружба. Сварливость и неуживчивость как свойства характера считались наказанием судьбы и вызывали жалость к их носителям. Вдовство и сиротство считались большим и непоправимым горем, а обида, причиненная сироте или вдове, была одним из самых тяжких грехов.
   Организация быта и домашнего труда, домашнего хозяйства строилась на следовании представлениям о праведной жизни и на недопущении греха. Греха как столь предосудительного порока, что он был способен погубить саму жизнь и бессмертную душу.
   Вообще идея пагубности греха многие века остается нравственным камертоном в Русском мире. Лишь таинством исповеди «решительно очищаются все грехи, сделанные словом, делом, помышлением. Для того чтоб изгладить из сердца навыки греховные, вкоренившиеся в него долгим временем, нужно время, нужно постоянное пребывание в покаянии, – писал Святитель Игнатий Брянчанинов. Как обоснованно отметили в своей прекрасной книге «О воззрениях русского народа» М.М. Громыко и А.В. Буганов, исполнение таинства исповеди – покаяние – несомненно наложило благотворный отпечаток на русский национальный характер.
   Забота о душе, свойственная русскому образу жизни, особенно ярко выражена в отношении живых к умершим.
   Уход из жизни у многих народов является завершением земного пути и переходом в Иной Мир, началом Вечной Жизни. В русской повседневной традиции тому служил исстари и погребальный обряд, включавший закрытие глаз новопреставленного (а некогда – и удержание их в таком положении тяжелыми медными монетами), и обмывание покойного как отделение его от негатива, одевание умершего в погребальные одежды и, наконец, погребение в домовине (гробу), символизирующей дом. В доме умершего завешивали тканью все зеркала, накрывали крышками все емкости с жидкостями, что символизировало чистоту пространства от нечисти. После выноса тела вся вода в доме выливалась, желательно под куст или на пороге ворот дома во дворе. Особая роль была у прощания и оплакивания – это освобождение оставшихся жить от обид и моральных долгов. Опускают домовину (гроб) в могилу на рушниках (полотенцах), но не на веревках – на веревках только павший скот в ямы опускают. Поминки же (тризна) несут в себе духовную сущность – символизируют совместную трапезу древних богов, предков, самого умершего и живущей общины. Духовная сущность траура заключается в соединении Мiровъ.
   Особо яркий элемент русского образа жизни – русская баня. Для европейцев, которые до конца Средневековья вообще не мылись, русская баня была признакам мазохизма славян и видом изощренного распутства, особенно при совместном мытье в бане мужиков и баб. А ведь баня – это избавление от внешней и внутренней грязи, оздоровительная процедура, природный массаж, особенно с парением хорошо вымоченными березовыми или дубовыми вениками. Баня – едва ли не сакральный элемент русской жизни.
   
  

 Принцип общинности


   Если вернуться к становлению русского (российского) государства и нравам, положенным в основу правовых систем и правопорядка, то мы увидим стремление к справедливости как к порядку сущностному, духовному, а не к порядку юридическому и формальному. Среди значимых элементов русского образа жизни – заключение сделки крестным целованием или рукопожатием, без какого-либо письменного акта. О договоре, заключенном без письменного оформления, говорили, что он заключен «на совесть». И такие сделки свято исполнялись русским крестьянством и купечеством, неисполнение почиталось и за грех, и за стыд. Впрочем, через славянскую традицию этот обычай некогда существовал и в германских племенах.
   Уклад жизни вел к развитию сельских общин и артелей, из которых впоследствии выросла российская кооперация. Даже в XIX веке, при многих спорных реформах, как отмечают исследователи, «ни капиталистическая эксплуатация, ни гнет помещиков, ни нелепые постановления правительства не смогли истребить в русском народе коллективистский дух». Среди достоинств русской сельской общины следующие: она не допускала концентрации земельной собственности в одних руках, исключала спекуляцию землей, предотвращала для сельских жителей безземельность и бездомность, обеспечивала сельскому населению заботу о стариках и детях, прочную оседлость, приют и кусок хлеба.
   Общинная жизнь строилась на динамичной справедливости. Управление общими делами путем вечевых сходов, создавшее из русских городов-государств к XII веку древнерусские республики с князьями – «наемными менеджерами», прямо выросло из русского образа жизни, из общины и мiра, что признавали даже не самые доброжелательные заезжие гости. Конечно, в городской среде русский образ жизни деформировался, традиции и обряды упрощались, но в своей основе сохранялись.
   Особую роль в русском образе жизни играют сказки. Слушая или читая именно русские сказки, дети до сих пор учатся различать доброе и злое, полезное и никчемное, а ведь основа характера человека закладывается в первые пять лет его жизни. По мнению А.В. Антонова, в русских сказках «закодированы древние ведические знания, которые пронеслись через столетия и помогают нам лучше познать окружающий мир, процессы мироздания. Помогают успешнее жить в этом мире и побеждать зло». Сказка – ложь, да в ней намек… Важно только верно понимать эти намеки.
   Непродуктивно при этом возвращаться в языческую эпоху, культивировать «разноверие». Когда, например, И.А. Глоба видит духовную основу славян в особом внимании к семье, родине, роду и расе, он игнорирует православный стержень этой духовной основы, позволивший впервые в истории преодолеть расовую и этническую ограниченность.
   Действительно, для каждого из нас превыше всего должен быть свой Род, который в силу биологических законов уже сам по себе представляет целую вселенную. Затем следуют интересы Нации, т.е. этноса, образующего национальное государство. На третьем по важности месте называют ценности Суперэтноса, родовой общности на межгосударственном уровне, но для русских именно этот уровень и есть уровень созданного ими государства – союза народов.
   

   Потребность в русскости у современной эпохи


   Ученые, отмечая в наши дни формирование в человеческом обществе новой социальной реальности, с полным на то основанием делают вывод о том, что ускорение развития электронно-цифровой стадии жизни людей ведет к стремительному упадку уровня морали и традиционных ценностей, а ведь именно этот индикатор характеризует степень жизнеспособности цивилизации. Нарастает атомизация общества и угроза демографической безопасности не только на уровне отдельных стран, но и на глобальном уровне.
   Электронно-информационные технологии открывают человечеству новые возможности, но, находясь под монопольным управлением неолиберальной части западной элиты, влекут за собой снижение идейного, морального и эстетического уровня создаваемой культурной продукции. Человечество ведут по пути духовной деградации. Человека незримо приучают, не обдумывая информацию, просто потреблять ее. Возникает смысловая пустота при одновременном колоссальном наполнении сознания информацией, что в конечном счете ведет к утрате национальных ценностей и национальной идентичности.
   В этой ситуации ценностные черты именно русского образа жизни, справедливости как его духовного стержня получают интернациональную всемирную значимость. Запечатленные в генетической памяти народа, ставшие поведенческими стереотипами, частью национального характера, они внутренне полностью отторгают как этнонациональную исключительность, так и социальный эгоизм. Они уже сейчас служат одной из точек соединения Русского и Тюркского миров, но в силу универсальности их значение перерастает границы русско-тюркского союза, обретает значение как основы евразийской интеграции, так и нравственного и социального камертона жизни всего человечества.
   Консолидация общества в процессе евразийской интеграции немыслима без упрочения авторитета русского образа жизни, без построения именно на его основе новых форм межнационального согласия и сотрудничества. Привлекательность образа жизни при всей важности вопросов безопасности и экономической выгоды, является решающим фактором евразийской интеграции.
   Именно из русского образа жизни выросла идея лада как принципа сосуществования цивилизаций. Стремление все уладить, установить справедливость, жить в ладу, оказалось применимым не только в семье или локальном сельском миру, но и в международных отношениях. Всемирная ценность лежащего в основе русского образа жизни русского лада – в возможности создания им гармоничной и устойчивой модели справедливого порядка любого мирового уровня. Злу и в международных отношениях нужна альтернатива. По самой природе Добра это может быть только Мир, когда люди будут жить в ладу друг с другом. Проблемы же и любые возникающие сложности успешно снимаются через переговоры, через стремление к пониманию друг друга. Нужны взаимное доверие и ощущение хрупкости мира.
   И конечно, для этого нужны русские и их русский образ жизни, наполненный добротой и любовью, вселенской отзывчивостью и беспредельным чувством справедливости.
   
   

С.Н. БАБУРИН,
   председатель Международного Славянского Совета,
   президент Международной Славянской Академии




  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION