05.03.2020: ЖИЗНЬ – СИНОНИМ РУССКОГО ПОДВИГА
Владимир Каппель был и остается воплощением стойкости и патриотизма

   
   
   
   

Михаил Маркитанов. Владимир Каппель
   


   
   
   Столетие Великого Сибирского ледяного похода Русской армии воскрешает самые драматические и героические страницы отечественной истории, где честь и доблесть переплетаются с самыми низменными проявлениями человеческой натуры, побеждавшими в революционной экзальтации. Это – Гражданская война в России, исход оставшихся частей расколотого Восточного фронта после оставления Омска, столицы Верховного правителя А.В. Колчака. О начале спешного отступления Белой армии в ноябре 1919 года, превратившегося в бегство, рассказывалось «Русском Вестнике» (№ 26, 2019). Самые тяжелые испытания выпадут на солдат и офицеров, решивших продолжать сопротивление зимой, искромсав целые дивизии тяжелейшими боями, тифом и лютым морозом, чтобы большая часть погибла и сгинула в тайге, и лишь горстка непокоренных белогвардейцев к началу марта добралась до Забайкалья. Этот марш смерти в нечеловеческих условиях вряд ли имеет аналоги в других эпохах и чужих летописях. В километрах снегов вдоль Транссибирской магистрали, застланных окоченевшими телами и щедро залитых русской кровью, в стонах умирающих, ограбленных и оставленных в тупиках целыми поездами, в звоне золота несущихся к океану на угнанных паровозах чехов и циничных распоряжениях шефствующих над ними англичан и французов – во всем этом запечатлелась трагедия обезглавленной в 1917 году России.
   Армия адмирала Колчака, еще весной 1919 года угрожавшая красным на Урале, фактически перестала существовать в декабре, когда Красная армия заняла Новониколаевск, Семипалатинск, Барнаул и другие сибирские города по обе стороны Транссиба. Хорошо укомплектованные красные регулярно захватывали крупные трофеи и наносили удар за ударом.
   Когда генералы Жанен и Нокс, представлявшие Францию и Англию, удостоверившись, что адмирал Колчак не намерен передавать золотой запас под их контроль, подписали ему приговор, равно как и его армии, поражению которой союзники уже способствовали ранее. Именно им как представителям Антанты подчинялся огромный чехословацкий корпус, который оккупировал все линии Транссиба, чтобы обеспечить скорейшую транспортировку к Тихому океану и эвакуацию с тоннами награбленного по всей России. Отлично экипированный и обеспеченный бронетехникой, он был в состоянии прикрыть отступление белых, остановив окончательное рассеивание армии по Сибири, но Антанта не захотела принуждать чехов соблюдать союзнические обязательства, и те перестали даже охранять железнодорожные пути, позволяя партизанам свободно атаковать эшелоны с русскими. Если гражданские, раненные колчаковцы, их жены и сестры милосердия погибали, замерзая насмерть в загнанных чехами в тупики вагонах или под окнами проносящихся поездов, когда их выкидывали мародеры или те же чехи, то сохранившим боеспособность остаткам Русской армии запрещалось приближаться к Транссибу. Оставшиеся в тылу гарнизоны, под влиянием пропаганды и общего хаоса, разлагались и переходили на сторону противника еще до приближения головных эшелонов. На пути к Иркутску имел значение Красноярск, где располагалась последняя крупная база с боеприпасами, но местный командир гарнизона Б. Зиневич поднял мятеж и, пропустив эшелоны с золотом и А.В. Колчаком, отрезал его от остальной армии. Вскоре надежда на Иркутск пошатнулась, поскольку там совершили переворот эсеры, их «Политцентр» был поддержан Антантой – в противовес русской военщине. С середины декабря до начала января 1920-го там будут вестись бои между последними верными отрядами офицеров и юнкеров и революционными частями. Когда же атаман Забайкалья Г.М. Семенов направит бронепоезда с казаками, чтобы помочь подавить бунт, в бой с ними вступят превосходящие по всем позициям чехи, а затем и американские «союзники», открыто делая выбор в пользу эсеров. А 27 декабря 1919 года чехи задержали поезда с А.В. Колчаком и золотым запасом на станции Нижне­удинск, фактически взяв его в заложники под видом охраны. Лишенный даже конвоя, окруженный предателями и повстанцами Верховный правитель снимет с себя полномочия и в середине января прибудет в Иркутск, где уже одержал верх «Политцентр». До этого момента и семеновцы, и верные отряды, и личный конвой при слаженных действиях могли бы подавить локальные очаги восстаний и обеспечить прибытие в Иркутск совершенно в другой обстановке, однако «союзники» сделали все, чтобы ликвидировать белогвардейцев и способствовать победе дружин «Политцентра», которому и будет передан адмирал.
   
   

Владимир Киреев. Ледяной поход сквозь времена


   
   И когда остатки Русской армии в критический момент возглавил Владимир Каппель, когда они массово сдавались, разоружались или метались под нажимом врага, обрекая себя на гибель, он упорно вел войска к Иркутску, чтобы обеспечить А.В. Колчаку перенос в новую столицу. Он еще не знал, что, когда он подвел свою 2-й армию к Красноярску, Верховный правитель уже отказывался от полномочий. Мятежный генерал Зиневич призывал Каппеля избежать столкновения, тщась договориться с красными о перемирии, а город в это время переходил под контроль партизан Щетинкина. Измотанные и лишенные артиллерии белогвардейцы предприняли попытку штурма хорошо укрепленного Красноярска, но первые успехи были кратковременными. Вскоре подошли свежие дивизии красных, и после двухдневных боев значительно поредевшие соединения белых собирались на Енисее. Десятки тысяч погибли, сдались или пропали без вести, но оставалось до 20 тысяч штыков, готовых идти за командиром. Владимир Оскарович решил вести войска вдоль Енисея и по льду его притока Кана, поскольку чехи уже полностью передали контроль над железной дорогой в Сибири партизанам. Покрытые ранами, оборванные и больные, забывшие сон и питание бойцы последуют за своим отважным командиром, намеренным выполнить свой долг как главнокомандующего армиями А.В. Колчака. Каждый день кто-то из белогвардейцев отставал и падал без сил, замерзал или умирал от точного выстрела «охотника», но колонна из солдат, офицеров, сестер милосердия и гражданских продолжала двигаться вниз – в сторону Иркутска. Возглавляя колонну на коне, генерал Каппель отважно вступал в схватки с неприятелем и неизменно подбадривал армию, следующую за ним. Он продолжал до предела человеческих возможностей. Ведь провалившись под лед, он обморозил ноги и получил гангрену, но вытерпел ампутацию стоп, проводившуюся в сарае без всякой анестезии обычной пилой и ножом, а после этого велел усадить его в седло, чтобы дальше вести вверенных ему людей до тех пор, пока сознание не оставило его. Уже в горячке генерал проводил последнее совещание и, узнав, что А.В. Колчак предан союзниками, велел взять Иркутск, освободив Верховного правителя. Владимир Каппель умер от воспаления легких 26 января 1920 года, навсегда оставшись для современников воплощением стойкости и рыцарского долга.
   Реорганизованную армию, гордо зовущую себя каппелевцами, повел по Сибирскому тракту генерал С.Н. Войцеховский. Он выполнил приказ командира: в первые дни февраля начались бои в окрестностях Иркутска. Однако тогда же станет известно, что власть в городе перешла к большевикам, и Иркутский военно-революционный комитет по персональному распоряжению В.И. Ленина без суда и следствия под руководством председателя Губчека Самуила Чудновского расстрелял А.В. Колчака. Покинутый всеми адмирал не посмел распоряжаться территориями бывшей Российской Империи или ее богатствами даже исходя из практической выгоды, до последнего дня он остался верен своим принципам. А. В. Колчак с прямым взглядом и невозмутимым видом принял смерть на льду Ангары, чтобы 7 февраля его тело, пробитое пулями, навсегда скрылось под водой – в родной стихии флотоводца и ученого.
   Прошедшие бесчисленные километры по льду и снегу, не знавшие отдыха каппелевцы на пределе сил врывались в предместья Иркутска. Укрепления, выстроенные красными изо льда и первых линий домов, никого не останавливали. После всего, что довелось пережить этим людям, они дрались не щадя ни себя, ни врага, и, вероятно, скорее погибли бы все, но взяли бы город, чем покинули, оставив его. Однако, узнав, что А.В. Колчак убит, генерал Войцеховский счел неразумным губить остатки армии и отвел войска. Собрав остатки трех колчаковских армий – до трех тысяч человек с обозом, он повел их через Байкал. При других обстоятельствах у РККА был бы шанс добить изможденных каппелевцев, но добравшиеся до Иркутска люди представляли собой уже особую породу. Кроме того, правительство атамана Семенова на тот момент еще имело поддержку Японской империи.
   В марте 1920 года каппелевцы дошли до Читы – столицы Забайкалья. Беспрецедентный переход через всю Сибирь завершился, но война продолжалась, продолжая терзать страну и калечить людей. Те, кого она не сломала, оказавшись на границе с Манчжурией, продолжали борьбу с большевизмом даже после гибели своих вождей. Похоронив своего командира, горстка каппелевцев вдохнет новые силы в вооруженное сопротивление на Дальнем Востоке.
   
   

Филипп ЛЕБЕДЬ


   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION