14.11.2019:  ЗАМАЯЧИЛА КАТАСТРОФА НАШЕЙ ЦЕРКОВНОЙ ПОЛИТИКИ
Есть ли шансы поражение обратить в победу?

   
   
   
   Решение Александрийского патриарха Феодора признать раскольников из так называемой «Православной церкви Украины» (ПЦУ) стало «громом среди ясного неба» для всех, кто следит за ситуацией раскола в мировом Православии, но не имеет инсайдерской информации о состоянии дел в конкретных Церквах.
   Учитывая статус патриарха Феодора (Александрийский Патриархат неформально считается вторым по чести после Константинополя в диптихе Церквей, а его глава имеет неформальный титул Судии Вселенной), эту новость можно признать катастрофой нашей церковной политики. Особенно если вспомнить, что патриарх Феодор считался чуть ли не самым близким к нам из глав древнейших патриархатов. В 2017 году он служил в Храме Христа Спасителя в день 100-летия избрания на патриарший престол Святителя Тихона, в 2018 году он сослужил Патриарху Кириллу на торжествах в честь Крещения Руси в Москве, в том числе у памятника св. блгв. Великому князю Владимиру Крестителю. Осенью того же года он обличал раскольников в Одессе, где когда-то учился.
   Что за это время произошло? – нам неведомо. Но произошло что-то очень важное, что заставило патриарха Феодора поменять свою позицию на диаметрально противоположную.
   Высказываются догадки, что на изменение позиции Александрийского патриарха повлияли греческий этнофилетизм, давление греческих властей и американские (или английские) деньги. Вероятно, это все повлияло, но, чтобы так резко изменить взгляды, что, очевидно, уронит его авторитет в глазах многих верующих, нужно еще что-то куда более весомое. Вероятнее всего, патриарху Феодору предъявили какой-то компромат на него, обнародование которого могло лишить его патриаршего трона. Иначе никак не объяснить ни неожиданности решения, ни его абсолютной неаргументированности («пришло время», – только и сказал патриарх Феодор! – Авт.), ни единоличного принятия решения даже без созыва собора, как было в Элладе. Вот как опасно для патриархов иметь «скелеты в шкафу»...
   Беда в том, что мы сами, Русская Православная Церковь, не предложили никакой стратегии действий в критической ситуации раскола в мировом Православии.
   На фоне решения Александрийского патриарха признать раскольников возвращение в состав РПЦ Русской Архиепископии и учреждение митрополичьих округов в Европе и Юго-Восточной Азии выглядят с нашей стороны комариными укусами...
   Ситуация, действительно, объективно выглядит очень сложной, даже катастрофической, для нас. Видимо, у Священноначалия была (как теперь выясняется, ни на чем не основанная) уверенность, что на Элладской Православной Церкви (ЭПЦ) все и остановится, поэтому в отношении ЭПЦ нашим Священным Синодом было принято мягкое решение разорвать отношения только с теми архиереями, которые будут сослужить с раскольниками.
   Но, самое главное, у нас не видно стратегии действий в условиях продолжающегося раскола в мировом Православии. В условиях отсутствия внятной стратегии мы и видим только ситуационные действия: то мы пытаемся в пожарном порядке добиться поддержки Православных Церквей, на которых ранее мало обращали внимания, а то и вовсе пытаемся заручиться поддержкой Ватикана в борьбе против Фанара...
   Но какой же может быть стратегия поведения в нынешних непростых условиях? Собственно, выбор линий поведения невелик.
   Либо мы «осознаем свои ошибки» и соглашаемся с украинской автокефалией, что, впрочем, не главное, а главное – признаем решения Критского Собора и соглашаемся с теорией «восточного папизма», которую проталкивает Фанар, и тогда там, за океаном, наше Священноначалие, возможно, простят. Но, очевидно, что такого предательства не простят верующие, и Русскую Православную Церковь ждет страшный раскол.
   Вторая стратегическая линия еще хуже первой. Она заключается в союзе с Ватиканом против Фанара, т.е. РПЦ становится еще более экуменистической и модернистской, чем нынешние греческие Церкви, те же Константинопольский и Александрийский патриархаты.
   Стратегия же, которой ждет от нашего Священноначалия верующий народ, заключается в решительном отказе от обновленчества, модернизма и экуменизма, во внятной и выверенной критике ереси «восточного папизма», проповедуемой Фанаром, и других ересей, в активной поддержке во всех Православных Церквах сторонников возвращения к юлианскому календарю, и в этом смысле провозглашение политики уврачевания старостильных расколов в Православных Церквах. Нужно также отказаться от стыдливого замалчивания концепции Москвы Третьего Рима: пора прекратить нашим иерархам и священникам оправдываться на сей счет перед греками. Словом, наша политика должна быть куда более идейно определенной. Только тогда Москва станет центром притяжения здоровых консервативных сил в мировом Православии. Тогда православные других Церквей не будут подозревать нас в двуличии и двойных стандартах: то мы за чистоту Православия выступаем, а то с римским папой лобызаемся, когда нам выгодно. Поэтому нам и не доверяют...
   Но для начала надо перестать терпимо относиться к необновленческим экспериментам в самой Русской Православной Церкви (самовольное чтение Евангелия и Апостола на русском языке, что практикуется во многих храмах и даже некоторых епархиях, нарочито громкое, порой в микрофон, чтение тайных молитв, самовольное сокращение богослужений и проч. и проч. – Авт.). Надо осудить наконец официально кочетковщину, как попытку насадить в Русской Церкви псевдотрадиции.
   Ну а главная стратегия – молиться. Впрочем, не публицисту на сей счет рассуждать...
   

А. Д. СТЕПАНОВ,
   главный редактор
   «Русской народной линии»


   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION